Обобщение

причин отмен и изменений судебных решений по уголовным делам в апелляционном порядке Верховным Судом Республики Тыва во 2 полугодии 2022 года

В соответствии с планом работы Кызылского районного суда на первое полугодие 2023 года проанализированы причины отмен и изменения судебных актов суда в апелляционном порядке за второе полугодие 2022 года.

За второе полугодие 2022 года судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Республики Тыва по апелляционным жалобам и представлениям рассмотрено 48 дел, из них судебные акты оставлены без изменения по 19 делам, изменены - 14, отменены с вынесением нового решения - 4, отменены с направлением дела на новое рассмотрение – 2, по 9 делам вынесены другие апелляционные определения/постановления с удовлетворением жалоб и представлений.

Оглашение показаний свидетелей, ранее данных при производстве предварительного расследования, без согласия сторон влечет нарушение права, гарантированного уголовно­-процессуальным законом.

<ДАТА> Кызылским районным судом ФИО1 осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима. В соответствии с ч. 4 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору суда от <ДАТА> года, на основании ч. 4 ст. 69 и ст. 70 УК РФ окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком 4 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере СУММА рублей.

<ДАТА> апелляционной инстанцией приговор суда от <ДАТА> года в отношении ФИО1 отменен с вынесением нового обвинительного приговора.

В соответствии со ст. 240 УПК РФ в судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию, суд заслушивает показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, заключение эксперта, осматривает вещественные доказательства, оглашает протоколы и иные документы, производит другие судебные действия по исследованию доказательств. Приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

По смыслу положений ст. 281 УПК РФ оглашение показаний свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования, допускается с согласия сторон в случае его неявки (ч. 1), при неявке свидетеля,. если в результате принятых мер установить его место нахождения для вызова в судебное заседание не представилось возможным, при условии предоставления обвиняемому (подсудимому) в предыдущих стадиях производства по делу возможности оспорить эти доказательства предусмотренными законом способами (п. 5 ч. 2, ч. 2.1), при наличии существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде (ч. 3), а также в иных случаях, прямо указанных в этой статье закона.

Как следовало из материалов уголовного дела и протокола судебного заседания, сторона защиты возражала против оглашения в отсутствие свидетелей ФИО2, ФИО3, ФИО4 их показаний, ранее данных при производстве предварительного расследования, также сторона защиты не дала согласия на оглашение в отсутствие свидетеля ФИО5 его показаний, ранее данных при производстве предварительного расследования.

Вместе с тем сведений о том, что были приняты все меры, предусмотренные УПК РФ, для вызова указанных свидетелей, в результате которых установить их место нахождения не представилось возможным, материалы дела не содержат.

Суд апелляционной инстанции указал, что оглашение показаний свидетелей, ранее данных при производстве предварительного расследования, без согласия сторон повлекло нарушение права ФИО1 и его защитника, гарантированного уголовно-­процессуальным законом, в связи с чем данные доказательства (показания свидетелей ФИО2, ФИО3, ФИО4 данные при производстве предварительного расследования), приведенные в приговоре суда, в обоснование виновности осужденного, являются недопустимыми и не подлежали учету в качестве доказательств виновности осужденного в совершении инкриминируемого ему преступления.

Кроме того, судом в качестве доказательства виновности ФИО1 в совершении преступления, наряду с другими доказательствами, в приговоре приведены также его показания, данные на предварительном следствии в качестве подозреваемого, а также заключение эксперта от <ДАТА> года.

Между тем, согласно протоколам судебных заседаний и аудио-протокола, перечисленные выше доказательства, положенные судом в основу приговора, в ходе судебного разбирательства исследованы не были, сведений об их исследовании протокол не содержит.

При этом приведенные в приговоре доказательства, которые не были
исследованы в судебном заседании, в том числе заключение экспертизы,
определившее вид и размер изъятого у ФИО1 наркотического средства, на
основании которого формировался объем обвинения осужденного, имело
существенное значение для рассмотрения дела по существу и вынесения законного
приговора.

Поскольку постановление обвинительного приговора на доказательствах, не
исследованных в судебном заседании, влияет на законность и обоснованность
судебного решения в части доказанности вины ФИО1, судебная коллегия
нашла приговор не соответствующим требованиям стст. 297, 307 УПК РФ и
необходимым отменить его и вынести в соответствии ст. 389.23 УПК РФ новый
обвинительный приговор, поскольку допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке путем вынесения нового обвинительного приговора.

Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Кызылским районным судом <ДАТА> ФИО5 осужден по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ к 400 часам обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 года, п. «а» ч. 4 ст. 264 УК РФ к 5 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 года, на основании ч.ч. 3 и 4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний с учетом положений п. «г» ч. 1 ст. 71 УК РФ к 5 годам 1 месяцу лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 3 года.

<ДАТА>апелляционной инстанцией приговор суда в отношении ФИО5 отменен с вынесением нового обвинительного приговора.

Вышестоящий суд указал, что приводя описание преступного деяния, предусмотренного п. «а» ч. 4 ст.264 УК РФ, суд не указал все элементы состава преступления, диспозиция которой является бланкетной и предусматривает уголовную ответственность за нарушение при управлении автомобилем правил дорожного движения, а ограничился лишь указанием того, что ФИО5 нарушил правила дорожного движения, предусмотренные пунктами 2.7 (абзац 1), 22.8,22.9,1.3,1.4,1.5,9.7, 9.9,10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения.

Данное нарушение уголовно-процессуального закона явилось существенным, в связи с чем приговор суда отменен с вынесением нового.

Подсудимая обвинялась именно в незаконном приобретении без цели сбыта частей растения, содержащего наркотическое средство, поэтому квалификация действий осужденной по ч. 2 ст. 228 УК РФ как незаконное приобретение наркотического средства без цели сбыта в крупном размере, является неверной.

Кызылским районным судом <ДАТА>, ФИО6 осуждена по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года, с возложением обязанностей, предусмотренных ч. 5 ст.73 УК РФ.

<ДАТА>года апелляционная инстанция приговор суда изменила, указав следующее.

Согласно обвинительному заключению, органом предварительного следствия ФИО6 инкриминировалось незаконное приобретение без цели сбыта частей растения, содержащего наркотическое средство, совершенное в крупном размере.

В соответствии с диспозицией ч. 2 ст. 228 УК РФ уголовно-наказуемым деянием являются незаконные изготовление, переработка без цели сбыта наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов в крупном размере, а также незаконные приобретение, хранение, перевозка без цели сбыта растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, в крупном размере.

Поскольку незаконные приобретение без цели сбыта наркотических средств и частей растений, содержащих наркотические средства, являются самостоятельными уголовно-наказуемыми деяниями, а ФИО6 обвинялась именно в незаконном приобретении без пели сбыта частей растения, содержащего наркотическое средство, что нашло свое подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами, квалификация действий осужденной по ч. 2 ст. 228 УК РФ как незаконное приобретение наркотического средства без цели сбыта в крупном размере, является неверной.

В этой связи судебная коллегия посчитала необходимым переквалифицировать действия ФИО6 с ч. 2 ст. 228 УК РФ - незаконное приобретение наркотического средства без цели сбыта в крупном размере, на ч. 2 ст. 228 УК РФ - незаконное приобретение без цели сбыта частей растения, содержащего наркотическое средство, совершенное в крупном размере.

Кроме того, соглашаясь с доводами апелляционного представления, с учетом данной действиям ФИО6 юридической оценки, судебная коллегия нашла подлежащим исключению из описательно-мотивировочной части приговора указание о совершении осужденной незаконного хранения наркотического средства без цели сбыта в крупном размере, которое было обоснованно исключено судом из объема предъявленного ей обвинения.

Также судебная коллегия уточнила при описании в приговоре преступного деяния, признанного судом доказанным, что ФИО6 совершила незаконное приобретение «частей растения, содержащего наркотическое средство», в крупном размере, поскольку указание суда на незаконное приобретение осужденной «наркосодержащего растения» в крупном размере не соответствует установленным фактическим обстоятельствам уголовного дела.

В силу п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 N 1 (ред. от 28.10.2021) "О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних”, при неявке законного представителя в судебное заседание надлежит выяснять причины и при наличии к тому оснований привлекать к участию в деле в качестве законных представителей других лиц из числа указанных в пункте 12 статьи 5 УПК РФ.

Приговором Кызылского районного суда Республики Тыва от <ДАТА>, несовершеннолетний ФИО7, несовершеннолетний ФИО8, осуждены по п.«а» ч.2 ст. 131 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком на 2 года с возложением на них обязанностей, предусмотренных ч.5 ст.73 УК РФ, ФИО9, осужден по п.«а» ч.2 ст.131 УК РФ к 4 годам лишения свободы, на основании
ч.5 ст.74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору от <ДАТА>года
по ч.2 ст.228 УК РФ, в соответствии со ст.70 УК РФ по совокупности приговоров
путем частичного присоединения наказания по приговору от <ДАТА>года
окончательно назначено 4 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в
исправительной колонии общего режима.

Апелляционным определением от <ДАТА> приговор суда отменен с направлением дела на новое разбирательство по следующим основаниям.

В соответствии с ч.2 ст.243 УПК РФ председательствующий обеспечивает соблюдение распорядка судебного заседания, разъясняет всем участникам судебного разбирательства их права и обязанности, порядок их осуществления, а также знакомит с регламентом судебного заседания, установленным ст. 257 УПК РФ.

Согласно ст.428 УПК РФ в судебное заседание вызываются законные представители несовершеннолетнего подсудимого, которые вправе заявлять ходатайства и отводы, давать показания, представлять доказательства, участвовать в прениях сторон, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения суда, участвовать в заседании судов апелляционной, кассационной и надзорной инстанций.

В силу п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 N 1 (ред. от 28.10.2021) "О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних”, при неявке законного представителя в судебное заседание надлежит выяснять причины и при наличии к тому оснований привлекать к участию в деле в качестве законных представителей других лиц из числа указанных в пункте 12 статьи 5 УПК РФ.

Эти требования уголовно-процессуального закона судом при рассмотрении уголовного дела выполнены не были.

Из протоколов судебных заседаний следует, что законным представителям несовершеннолетних подсудимых ФИО7 и ФИО8 – ФИО9 и ФИО10 в ходе судебного разбирательства их права, предусмотренные ч. 1 ст. 428 УПК РФ, председательствующим по делу не разъяснялись.

Так, из протокола судебного заседания от <ДАТА> года следует, что председательствующий разъяснил законным представителям подсудимых права, предусмотренные ст.48 УПК РФ, что нельзя признать надлежащим выполнением судом своих обязанностей.

Как следует из протоколов судебных заседаний от <ДАТА> года, законные представители ФИО9 и ФИО10 не явились на судебные заседания, в которых проведено судебное следствие по уголовному делу, в частности несовершеннолетним ФИО7, ФИО8 было оглашено обвинение, изучены доказательства стороны обвинения, защиты. Были оглашены показания ФИО7 и ФИО8 во время предварительного следствия в связи с их отказом от дачи показаний, изучены характеризующие данные.

Суд, не ставя на обсуждение сторон вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие законных представителей ФИО9 и ФИО10, продолжил рассмотрение дела в их отсутствие. Между тем, в материалах уголовного дела отсутствуют сведения об их надлежащем извещении на состоявшиеся судебные заседания.

Исходя из вышеизложенного, следует, что законные представители ФИО9 и ФИО10 были лишены возможности реализовать гарантированные им законом права, что повлекло нарушение прав несовершеннолетних осужденных на защиту в суде.

Пунктом 10 вышеуказанного Пленума предусмотрено, что кроме законных представителей несовершеннолетнего подсудимого, с учетом обязательности ¹¹ установления условий его жизни и воспитания (пункт 2 части 1 статьи 421 УПК РФ), вызываются представители учебно-воспитательных учреждений или общественных организаций по месту жительства, учебы или работы несовершеннолетнего.

В этих целях суд обязан известить о времени и месте рассмотрения дела в отношении несовершеннолетнего подсудимого предприятие, учреждение и организацию, в которых учился или работал несовершеннолетний, комиссию по делам несовершеннолетних и защите их прав, а при необходимости принять меры к обеспечению явки в суд представителей этих организаций, учебных и трудовых коллективов. Если несовершеннолетний состоял или состоит на учете в психоневрологическом диспансере либо материалы в отношении его рассматривались комиссией по делам несовершеннолетних и защите их прав, суд должен при наличии к тому оснований решить вопрос об их явке.

Данное требование судом также не выполнено, меры судом во исполнение требования закона выполнены не были.

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что в описательно­мотивировочной части приговора суд в качестве доказательств, подтверждающих виновность осужденных, сослался на доказательства, которые, согласно протоколу судебного заседания, в судебном заседании не исследовались и сторонами на исследование не представлялись. В частности, не были исследованы: протокол допроса ФИО7 в качестве обвиняемого, протокол допроса ФИО8 в качестве подозреваемого, протокол допроса эксперта ФИО11, протокол допроса эксперта ФИО12, протокол допроса законного представителя ФИО13, протокол допроса законного представителя ФИО10, заключение эксперта № _ от <ДАТА> г. в отношении ФИО8.

Допущенное нарушение является существенным, поскольку осужденные, законные представители в ходе рассмотрения дела были ограничены в реализации гарантированных уголовно­-процессуальным законом прав участников уголовного судопроизводства, что повлияло на законность судебного решения, влекущим отмену приговора с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство.

Согласно ч.4 ст.74 УК РФ, в случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока преступления по неосторожности либо умышленного преступления небольшой или средней тяжести вопрос об отмене или о сохранении условного осуждения решается судом.

Приговором Кызылского районного суда Республики Тыва от <ДАТА> года, ФИО14, осуждена по ч.2 ст. 264.1 УК РФ к 5 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев. В соответствии с ч.2 ст.53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами сроком на 5 месяцев в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно- исполнительной системы, с удержанием из заработной платы 10% в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев. На основании ст.70 УК РФ, по совокупности приговоров, путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору от <ДАТА> года к 6 месяцам принудительных работ с удержанием из заработной платы 10% в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 3 года.

Апелляционная инстанция <ДАТА> года приговор суда в отношении ФИО14 изменила, указав, что ранее ФИО14 была осуждена по приговору Кызылского районного суда Республики Тыва от <ДАТА> года условно и в течение испытательного срока совершила умышленное преступление небольшой тяжести, суд обязан был решить вопрос об отмене или сохранении условного осуждения.

Назначение наказания по правилам, предусмотренным ст.70 УК РФ возможно лишь после отмены условного осуждения по первому приговору. Однако этот вопрос судом не решался. В материалах же дела имеются все данные для сохранения в отношении ФИО14 условного осуждения.

В связи с этим суд апелляционной инстанции полагал возможным сохранить условное осуждение по приговору от <ДАТА> и исполнять каждый из приговоров самостоятельно, исключив из описательно-мотивировочной и резолютивной частей применение ч.4 ст.69 и ст.70 УК РФ.

Кроме этого, в резолютивной части приговора суд необоснованно сослался на редакцию Федерального закона от <ДАТА> №_-ФЗ, поскольку на момент совершения ФИО14 преступления, то есть на <ДАТА> года, ст.264.1 УК РФ действовала в редакции Федерального закона от 1 июля 2021 года №_- ФЗ.

В силу ст.9 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния, указание редакции не требуется, если не подлежит применению новый закон в силу ст. 10 УК РФ.

Суд, признав доказанным, сформулированное органами предварительного расследования обвинение, изложил его в приговоре частично, не отразив, в чем именно выразились иные действия сексуального характера с применением насилия.

<ДАТА> года ФИО15 осужден по ч.1 ст. 131 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, по ч.1 ст. 132 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы. На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний к 5 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Согласно п.1 ч.1 ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Вместе с тем указанные требования закона судом выполнены не в полной мере, в этой связи приговор суда апелляционным определением от <ДАТА> года был отменен с вынесением нового приговора.

Как следует из приговора, ФИО15 осужден по ч.1 ст. 131, ч.1 ст. 132 УК РФ за совершение изнасилования, то есть полового сношения с применением насилия, а также за совершение насильственных действий сексуального характера, то есть иных действий сексуального характера с применением насилия к потерпевшей, с причинением потерпевшей телесных повреждений, расценивающихся как повреждения, не причинившие вреда здоровью.

Согласно постановлению о привлечении в качестве обвиняемого ФИО15, которое соответствует обвинительному заключению, преступные действия осужденного, выразившиеся во введении им, с применением насилия, <ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ> с причинением ей телесных повреждений, расценивающихся как повреждения, не причинившие вреда здоровью, расценены как изнасилование, то есть половое сношение с применением насилия и насильственные действия сексуального характера, то есть иные действия сексуального характера.

В то же время суд в приговоре указал на совершение ФИО15 изнасилования, половое сношение с применением насилия, насильственные действия сексуального характера, то есть иные действия сексуального характера с применением насилия.

То есть, в нарушение требований ч.1 ст.301 УПК РФ, при описании обстоятельств совершения осужденным преступления, предусмотренного ч.1 ст. 132 УК РФ суд признав доказанным, сформулированное органами предварительного расследования обвинение, изложил его в приговоре частично, не отразив, в чем именно выразились иные действия сексуального характера с применением насилия.

Допущенное судом нарушение судом апелляционной инстанции признано существенным, в связи с чем приговор суда отменен с вынесением нового апелляционного приговора.

В соответствии с ч. 3 ст. 240 УПК РФ приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Приговором суда от <ДАТА> года ФИО16 осужден по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО16, выражая несогласие с приговором, указал, о неправильной квалификации его действий, поскольку удары топором потерпевшему он нанес в ходе обороны от действий последнего, который напал на него, стал бить и душить. При рассмотрении дела, суд не учел его явку с повинной, признание вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию преступления путем дачи полных и подробных показаний об обстоятельствах дела, положительные характеристики по месту жительства и работы, противоправное поведение потерпевшего, отсутствие судимости и гражданского иска. Просил приговор изменить, переквалифицировать его действия на ч. 1 ст. 114 УК РФ.

Апелляционная инстанция приговор суда изменила, изложив следующим образом:

- из описательно-мотивировочной части исключить ссылки на протокол выемки от <ДАТА> 2021 года и протокол проверки показаний подозреваемого на месте от <ДАТА> года, как на доказательства виновности осужденного;

- в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признать обстоятельством, смягчающим наказание, активное способствование раскрытию и расследованию преступления;

- переквалифицировать действия ФИО16 с п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 114 УК РФ, по которой назначить наказание в виде ограничения свободы сроком на 10 месяцев;

- из описательно-мотивировочной части исключить ссылки на протокол выемки от <ДАТА> года и протокол проверки показаний подозреваемого на месте от <ДАТА> года, как на доказательства виновности осужденного;

- в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признать обстоятельством, смягчающим наказание, активное способствование раскрытию и расследованию преступления;

- переквалифицировать действия ФИО16 с п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 114 УК РФ, по которой назначить наказание в виде ограничения свободы сроком на 10 месяцев с установлением ограничений, предусмотренных ч.1 ст.53 УК РФ.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в описательно-мотивировочной части приговора, в качестве доказательств виновности ФИО16 суд сослался на протокол выемки от <ДАТА> года и протокол проверки показаний ФИО16 на месте от <ДАТА> года, однако их отражение и исследование в судебном заседании в протоколе судебного заседания и его аудиозаписи не нашло.

В связи с этим суд не вправе был ссылаться на указанные протоколы в подтверждение виновности ФИО16 и ссылки на них подлежат исключению из приговора.

Проверив законность и обоснованность выводов суда о квалификации совершенного ФИО16 деяния по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, судебная коллегия не согласилась и пришла к выводу, что установленные судом мотивы и цели нанесения осужденным ударов топором по телу ФИО17 не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, при этом не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, что в силу п. 1 ст. 389¹⁵ УПК РФ является основанием для изменения приговора.

По настоящему делу суд признал доказанным факт противоправного поведения потерпевшего ФИО17, который в состоянии алкогольного опьянения стал громко кричать, нецензурно выражаться в адрес ФИО16, который пытался его успокоить, а затем стал кулаками наносить многочисленные удары в область грудной клетки ФИО16. При этом последний, отступая назад от ФИО17, который руками замахивался в его сторону, пытаясь ударить, оказался внутри дровяника, где, взяв находившийся там топор, нанес им ФИО17 один удар в область левого предплечья и один удар в область головы.

Аналогичные фактические обстоятельства уголовного дела были установлены органом предварительного следствия, что видно из обвинительного заключения.

Таким образом, со стороны потерпевшего ФИО17 имело место посягательство на здоровье ФИО16, выразившееся в нанесении кулаками многочисленных ударов в область грудной клерки последнего, что и явилось поводом для использования осужденным топора.

Исходя из положений ст. 37 УК РФ, не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, в том числе, при защите личности обороняющегося от общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть, умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

Исследованные судом и приведенные в приговоре доказательства подтверждают виновность ФИО16 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО17, что не отрицает и сам осужденный, однако они с достоверностью не опровергают версию ФИО16 об оборонительном характере его действий.

ФИО16 в ходе предварительного следствия и в суде первой инстанции давал последовательные показания о том, что удары потерпевшему ФИО17 он нанес, обороняясь от нападения последнего, который его душил и наносил многочисленные удары кулаками в область его грудной клетки, что он отступал от потерпевшего, то есть старался избежать получения телесных повреждений от противоправных действий ФИО17.

Однако посягательство ФИО17 на ФИО16, как полагает судебная коллегия, не было сопряжено с насилием опасным для его жизни и здоровья (о чем свидетельствует отсутствие у ФИО17 каких-либо повреждений) и с непосредственной угрозой применения такого насилия (потерпевший не имел при себе оружия или каких-либо предметов для утяжеления последствий применения насилия).

Принимая во внимание агрессивное, противоправное поведение потерпевшего, предшествовавшее событию преступления, и исходя из положений ч. 2 ст. 37 УК РФ, судебная коллегия пришла к выводу о необходимости признать, что ФИО16 нанес удар топором в область головы потерпевшего ФИО17, причинив тяжкий вред его здоровью, представляющий опасность для жизни, в состоянии необходимой обороны в целях пресечения его противоправных действий, однако не смог объективно оценить степень опасности действий ФИО17, избрал несоразмерный способ защиты и совершил в отношении него действия, не соответствующие характеру и опасности посягательства, тем самым, превысив пределы защиты, допустимой в условиях соответствующего реального посягательства, что свидетельствует о явном превышении пределов необходимой обороны.

При изложенных выше обстоятельствах судебная коллегия шла к выводу о том, что в отношении ФИО16 судом неправильно был применен уголовный закон и его действия подлежат переквалификации с п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 114 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

При назначении ФИО16 наказания по ч. 1 ст. 114 УК РФ, судебная коллегия, в соответствии со стст. 6, 60 УК РФ, учла характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о его личности, в том числе дополнительно представленные защитником суду апелляционной инстанции, приведенные в приговоре смягчающие наказание обстоятельства, влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Кроме этого, поскольку из материалов уголовного дела видно, что прямых очевидцев преступления по делу не имеется, потерпевший ФИО17 об обстоятельствах получения телесных повреждений узнал со слов осужденного и до дачи ФИО16 показаний при допросе в качестве подозреваемого, в которых он указал об обстоятельствах совершенного преступления, у правоохранительных органов отсутствовала достаточная о них информация, судебная коллегия в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание ФИО16, признала его активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Недопустимо воспроизведение в ходе судебного разбирательства содержания показаний лиц, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу, путем Допроса в качестве свидетеля должностных лиц правоохранительных органов об обстоятельствах совершенного преступления, о которых им стало известно в связи с исполнением своих служебных обязанностей.

ФИО18 осужден приговором Кызылского районного суда Республики Тыва по ч.2 ст.228 УК РФ, к 3 годам 8 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

<ДАТА> года апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Тыва приговор суда изменен, и было указано, что в приговоре содержатся формулировки, которые могут вызвать сомнения и неясности в части правовой оценки содеянного, а именно, в описательно-мотивировочной части судом первой инстанции указывается, что осужденный незаконно приобрел и хранил без цели сбыта наркотическое средство, а не наркотикосодержащее растение, что подлежит уточнению путем внесения соответствующих изменений.

Кроме того, суд первой инстанции в обоснование своего вывода о виновности осужденного в совершении преступления сослался в приговоре на показания сотрудника полиции ФИО19, допрошенного в качестве свидетеля по обстоятельствам дела, которые стали известны со слов ФИО18, то есть в связи с исполнением сотрудником полиции своих служебных обязанностей.

Вместе с тем, в соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от <ДАТА> №_, недопустимо воспроизведение в ходе судебного разбирательства содержания показаний лиц, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу, путем Допроса в качестве свидетеля должностных лиц правоохранительных органов об обстоятельствах совершенного преступления, о которых им стало известно в связи с исполнением своих служебных обязанностей.

В связи с чем ссылка на показания данного свидетеля в части обстоятельств, которые им стали известны от ФИО18, и относящиеся к фактическим обстоятельствам преступления, подлежит исключению из приговора.

Однако, частичное исключение указанных показаний свидетеля не влияет на выводы суда о доказанности виновности ФИО18, учитывая достаточность совокупности иных доказательств, для данного вывода.

Кроме этого, судебная коллегия посчитала необходимым изменить приговор в части признания в действиях осужденного ФИО18 наличие опасного рецидива тогда как в его действиях усматривается особо опасный рецидив преступлений, поскольку по настоящему уголовному делу ФИО18 совершил умышленное тяжкое преступление, будучи ранее дважды судимым за совершение умышленных тяжких преступлений к реальному лишению свободы, в этой связи в его действиях усматривается особо опасный рецидив преступлений в связи с чем в силу п. «г» ч.1 ст.58 УК РФ ему назначена исправительная колония особого режима.

Судья Ч.М. Чымбал-оол